И призва́в еди́наго от о́трок, вопроша́ше: что у́бо сия́ суть?

Он же рече́ ему́, я́ко брат твой прии́де, и закла́ оте́ц твой теле́ц упите́нный, я́ко здра́ва его́ прия́т.

Разгне́вався же, и не хотя́ше вни́ти. Оте́ц же его́ изше́д моля́ше его́.

Он же отвеща́в рече́ отцу́: се толи́ко лет рабо́таю тебе́ и николи́же за́поведи твоя́ преступи́х, и мне николи́же дал еси́ козля́те, да со дру́ги свои́ми возвесели́лся бых.

Егда́ же сын твой сей, изъеды́й твое́ име́ние с любоде́йцами, прии́де, закла́ ему́ теле́ц пито́мый.

Он же рече́ ему́: ча́до, ты всегда́ со мно́ю еси́, и вся моя́ твоя́ суть.

Возвесели́ти же ся и возра́довати подоба́ше, я́ко брат твой сей мертв бе, и оживе́, и изги́бл бе, и обре́теся.

Глаго́лаше же ко ученико́м Свои́м: челове́к не́кий бе бога́т, и́же имя́ше приста́вника, и той оклевета́н бысть к нему́, я́ко расточа́ет име́ния его́.

И пригласи́в его́ рече́ ему́: что се слы́шу о тебе́? Возда́ждь отве́т о приставле́нии домо́внем, не возмо́жеши бо ктому́ до́му стро́ити.

Рече́ же в себе́ приста́вник до́му: что сотворю́, я́ко госпо́дь мой отъе́млет строе́ние до́му от мене́? Копа́ти не могу́, проси́ти стыжу́ся.

Разуме́х, что сотворю́, да егда́ отста́влен бу́ду от строе́ния до́му, прии́мут мя в до́мы своя́.

И призва́в еди́наго кого́ждо до́лжник господи́на своего́, глаго́лаше пе́рвому: коли́цем до́лжен еси́ господи́ну моему́?

Он же рече́: сто мер {в греч.ва́тос}ма́сла. И рече́ ему́: приими́ писа́ние твое́, и сед ско́ро напиши́ пятьдеся́т.

Пото́м же рече́ друго́му: ты же коли́цем до́лжен еси́? Он же рече́: сто мер пшени́цы. И глаго́ла ему́: приими́ писа́ние твое́, и напиши́ о́смьдесят.

И похвали́ госпо́дь до́му строи́теля непра́веднаго, я́ко му́дре сотвори́, я́ко сы́нове ве́ка сего́ мудре́йши па́че сыно́в све́та в ро́де свое́м суть.

И Аз вам глаго́лю: сотвори́те себе́ дру́ги от мамо́ны непра́вды, да егда́ оскуде́ете, прии́мут вы в ве́чныя кро́вы.

Ве́рный в ма́ле, и во мно́зе ве́рен есть, и непра́ведный в ма́ле, и во мно́зе непра́веден есть.

А́ще у́бо в непра́веднем име́нии ве́рни не бы́сте, во и́стиннем кто вам ве́ру и́мет?

И а́ще в чуже́м ве́рни не бы́сте, ва́ше кто вам даст?

Ники́йже раб мо́жет двема́ господи́нома рабо́тати, лю́бо еди́наго возненави́дит, а друга́го возлю́бит, или́ еди́наго держи́тся, о друзе́м же нераде́ти на́чнет. Немо́жете Бо́гу рабо́тати и мамо́не.